«Старый приятель» не стал растекаться мыслью по древу и копить песни для полнометражного альбома, а выпустил три накопившиеся в формате макси-сингла. И правильно сделал: если есть что сказать, надо говорить, а не пытаться разбавить важное высказывание десятком необязательных. Когда две трети композиций на диске заслуживают внимания и серьёзного разговора, это уже успех - пусть даже «две трети» здесь буквально означают две из трёх.

Заглавный сингл «Молодость» лидер «Старого приятеля» Александр Зарецкий сравнивает со своим ранним хитом «Московская любовь».

- Долгое время мне говорили, что я должен, просто обязан написать еще одну «Московскую любовь», - цитировал Зарецкого rocketsmusic.ru. - В ответ я только отмахивался. Если песня уже есть, то зачем нужна еще одна? Стоит ли Маккартни просить записывать новую «Yesterday»?

Справедливости ради надо отметить, что Александр, конечно, отмахивался, но попыток-то не оставлял. Почти все альбомы «Старого приятеля» - это хроники поиска новых «Московских любовей» и «Не плачь», смешивание наивных, романтических, ностальгических и пробитловских ингредиентов в стремлении создать совершенный продукт. Отдельные попытки были вполне ничего, иные выглядели пародийно и даже беспомощно, но в песне «Молодость» количество действительно перешло в качество, детали пазла сошлись практически идеально, особенно для поклонников старого «Старого приятеля». Тут и наивности ровно столько, сколько нужно, и узнаваемых ходов, и мелодичности, и некой самоиронии, без которой, конечно, нельзя петь про «молодость лохматую мою». В общем, следует поздравить Александра Зарецкого с появлением отличной песни для всех будущих сборников «Greatest Hits».

Сразу после этого Александра следует поздравить с тем, что на лаврах нового хита он почивать не стал и следующим номером на сингле поставил композицию «Разделась». Она не имеет практически ничего общего с благостным ностальжи-поп-роком, с которым ассоциируется «Приятель Джои», и демонстрирует неожиданную для многих тягу к экспериментам. В качестве детонатора тут выступает саксофон приглашённого Алексея Могилевского, который не стал выписывать романтичные рулады, а дал мощного рычащего нервяка. Зарецкий с удовольствием подхватил это начинание, заодно намекнув в тексте на некоторых ключевых героинь рок-классики. В результате песня звучит то ли как взбесившийся «Наутилус», то ли как резонёрствующий Леонидов, - а вот на «Старого приятеля» ничто не намекает. И это тоже успех, ибо в разноплановость Зарецкого как автора до этого сингла верили далеко не все.

Этим неверующим вполне можно адресовать финальную песню «Имя твоё», в которой Александр будто специально собрал все свои типичные композиторские и исполнительские приёмы. Скорее всего, трек включен в макси-сингл не для хронометража, а как раз для того, чтобы контраст между композициями выглядел более впечатляющим.